Анна Шляхова
07-01-2020 13:01

Несравненный боулдерингист. Большое интервью с Джимом Холловеем.

Расскажи о днях боулдеринговой славы.

По большому счёту, лазание было способом хорошо провести время — вот что это было: лазить и больше ничего.

Ты до сих пор лазишь?

Я уже много-много лет не лазил.

Как ты оставил спорт?

Я начал бегать и кататься на велосипеде, и больше ни на что не осталось времени. Я много катался. Первое лето я проезжал тысячу миль в неделю. Одно увлечение победило другое. Иногда я жалею, что бросил лазить; иногда радуюсь, что занялся чем-то ещё. Я скучаю за старыми приятелями. Когда голова становится такой седой, как у меня, те времена обретают особое значение. Я исчез с поля зрения. Я относился к велосипеду так же серьёзно, как и к скалолазанию. Скорость была наркотиком! Я стал тогда рабом скорости и очень быстро начал выгорать от этого.

Что тебе запомнилось больше всего в скалолазании?

То как нам было хорошо в начале 1970-х с Деном Оливером, Дейвом Райсом и Джимом Микаэлем. Это была наша боулдеринговая группа тех времён. Ничто не могло встать у нас на пути!

Каким был обычный день лазания на пике твоей боулдеринговой карьеры?

Бесконечные шутки. Многие посчитали бы наше чувство юмора отвратительным. Мы начинали с одного края и лезли всё подряд, переходя от скалы к скале и стараясь пролезть как можно больше.

Кто из скалолазов оказал на тебя самое сильное влияние?

Боб Уильямс. В начале 1970-х он пригласил меня в Пуэбло познакомиться с Джоном Гиллом и полазить с серьёзными парнями. Я ухватился за эту возможность, которую нельзя было упустить. Они были моими героями и самыми сильными скалолазами.

Ты когда-нибудь ходишь взглянуть на свои старые боулдеры?

Да, я до сих пор внимательно смотрю на них. Но я так давно бросил лазить боулдеринг, так что с такой же вероятностью могу посмотреть на что-либо ещё. Но иногда я оказываюсь возле своего старого боулдеринга и думаю: “Как, чёрт побери, я сделал это?”

Джим Холловей на песчанике Колорадо возле Моррисон.

Ты пролез так называемую “Большую тройку” боулдеринговых пролем в районе Фронт Рейндж в Колорадо. Это Slapshot на Dinosaur Mountain в Flatirons, Trice на Flagstaff Mountain и Meathook в Fort Collin’s Horsetooth Reservoir. Все три из которых не имеют категории и не видели повторений [на момент интервью. Позднее Trice был впервые повторён Карло Траверси в 2007 году, и в тот же день его пролез Джеймси Эмерсон. Позднее его повторили ещё несколько скалолазов, включая женский пролаз Алекс Пуччио. Категория боулдеринга 8а+. Вероятная оценка Slapshot - 8b]. Это могли быть первые в мире 8a+ и 8b. Расскажи о них.

Ну, Slapshot много значил для меня. Я много раз специально поднимался на Dinosaur Mountain поработать над ним на протяжении примерно года в 1976-77 годах. Я помню, что зацепки там были весьма условными. Наклейте четвертак на скалу, и это будет ещё хорошая зацепка! Джон Шерман, помню, подобрал отломанную от старта зацепку и приклеил обратно. Иногда мне кажется, что он перевернул её вверх ногами, потому что она в два раза больше, чем я помню она была! Всё лазание состоит в блоках и доставаниях и так до небольшой трещины на верху. На вылазе ключ: нужно не выпасть. Я несколько раз бегом спускался вниз, когда у меня не мог вылезть.

Meathook тоже был интересной задачкой. Мы поднимались вместе с другом Джимом Майклом к Horsetooth Reservoir. Он хотел залезть Talent Scout Wall. Мне это было не интересно, потому что я залез его ещё в старшей школе. Так что я ждал его внизу возле Meathook постоянно пытаясь сделать первые движения, но никогда не воспринимал это всерьёз. Пока однажды не оторвался от земли! Остальное я сделал на автопилоте. Это легендарный боулдеринг, намного техничнее Slapshot.

Trice… Когда я впервые обратил внимание на этот боулдеринг, мы лазили там, и наш приятель, которого мы называли большим Ди — Дэвид или как-то так — с самыми сильными пальцами из всех нас, попробовал взять подхват на старте. Помню я сказал: “А теперь подтянись”, не думая, что кто-либо сможет это сделать. Но он смог! Это вдохновило меня начать работать над ним. Я помню, что старт начинается с подхвата под большой “гулей” длинным движением на дырку под три пальца правой руки, левая рука поднимается на небольшую зацепку и прыжок на полку. Ног нет. Я брал зацепки открытым хватом, и вы не сможете взять в активник дырку, так что он мне подошёл.

Джим Холловей на Trice.Изабель Фаус на Trice.

Ты помнишь, чтобы ещё какие-то боулдеры того времени были такими же сложными, как и “Большая тройка”?

О, да. Некоторые точно были такими же сложными. Ужасающие боулдеры в Flatirons или в Vedauwoo, куда сейчас уже не попадёшь. Были вариации в Morrison. Мне бы хотелось знать, какая бы была у них сложность в наше время, но, увы, все они утрачены для истории.

Ты бы хотел увидеть второе прохождение “Большой тройки”?

Было бы отлично на это посмотреть. Интересно узнать, какая у них будет оценка сейчас. Очевидно, что непростой, если их до сих пор никто не повторил. В некотором смысле приятно иметь неповторённые проблемы в наше время. Я часто думаю о том, как бы их оценили?

Какой боулдер из “Большой тройки” самый тяжёлый?

Slapshot

Тебе было когда-нибудь страшно лазить без крэшпада?

Однажды ночью я залез на 9-метровый хайбол — и застрял там на целый час, ожидая что придёт какой-нибудь турист и поможет мне, но никто не пришёл. Нужно было или прыгать или вылазить. Я никогда больше не возвращался к нему. Мне было тяжело, но, думаю, что я провёл там немало времени. Спустя какое-то время Кристиан Гриффит пробил 3 маршрута на той скале.

Мы никогда не страховали друг друга. Я бы с ума сошёл, если бы у меня за спиной были чьи-то руки. Пальцы держат намного лучше, если некому тебя ловить! Но мы и редко падали — мы спрыгивали — почти всё время ощущая контроль.

Ты когда-нибудь тренировался, чтобы лазить тяжёлые боулдеры?

Мы всегда серьёзно относились к лазанию, но хорошо провести время было ещё важней. Иногда мы лазили траверс по зданиям, выложенным плиткой, или, если шёл дождь, мы занимались в зале. Я никогда не готовился ни физически, ни морально. Меня мотивировал боулдеринг, и я его пролазил. Мне нравились хорошая погода и хорошие друзья на скалах, и иногда это был хороший лазательный день. Я гадаю иногда, если бы в наше время были скалолазные стенды, было бы у нас столько энтузиазма? Мы лазили семь дней в неделю, пытаясь взять самые маленькие зацепки. Я никогда не мог взять в активник зацепки меньше половины сантиметра — всё, что меньше, я брал открытым хватом. Хорошее время провождение и мотивация. Если вы отказываетесь от радостей ради сложных аспектов спорта, вы пожалеете об этом в моём возрасте. Но это сложно понять раньше.

Джон Бачар и Джон Гилл говорили, что ты был самым элегантным скалолазом из всех, кого они видели. Что ты думаешь об этом?

Вау, они не так просто отказываются от комплиментов! Я помню, кто-то сказал, что у меня хорошая техника — на сам я так не считал. Но в устах Джонов — это большой комплимент, и я это очень ценю.

В сложных пролазах может быть вовлечено эго. Тебя мотивировала когда-нибудь пролезть то, что не могут другие?

Я думаю, что все, кто занимаются спортом, хотят быть лучшими, и в молодости я тоже этого хотел. Потом мне стало всё равно. Нас считали эгоистичными или самодовольными, но мы были, скорее, непонятыми. Мы были тихими и застенчивыми и очень серьёзно относились к своему занятию. Задним числом я понимаю, что мог пролезть чей-то проект, ничего не сказав, но только если он был у меня на пути, и я не был слишком общительным. Хотя и старался со всеми дружить.

Photo by Pat Ament

Что ты думаешь о современной системе оценки в боулдеринге?

Когда я начал лазить, не было маршрутов сложнее 6b, даже если маршрут был сложнее, он всё равно был 6b. Потом появилась шкала оценивания Джона Гилла — В-шкала с цифрами 1, 2 и 3. В1 было самой сложной 6b, В2 было немного сложнее. В3 на самом деле не существовало, потому что если что-то можно было пролезть, то это уже не было В3. Я устал от цифр, звёзд, букв и астериксов. Тогда они для меня не имели значения, и я решил оценивать всё просто: лёгкий, средний и сложный. У Джона Гилла была ещё одна индивидуальная Е-система. Если боулдер пролез только один человек, то его оценка была Е-1, если 6 человек — Е-6. Если боулдер пролезло слишком много человек, он больше не считался сложным. Проблема в том, что в труднодоступных районах будет много Е-1, которые не будут такими уж тяжёлыми. Я немного знаком с современной V-системой, но не знаю чем она сейчас заканчивается. А кто знает? Я высокий, а ты низкий, и мы в любом случае будем по-разному лезть. Иногда боулдеринг будет В3 летом и В1 зимой. Сделай шкалу для себя, если она тебе нужна. Рейтинги немного вышли из-под контроля — они устанавливают стандарты в угоду публике, и это не то, чем они должны быть.

Ты следишь за современным боулдерингом в интернете или журналах?

У меня даже нет компьютера. Я не был в интернете. Но до меня доходят слухи. Джон Шерман приходил ко мне в гости несколько лет назад, когда работал над книгой Stone Crusade, задать несколько вопросов. И это был последний раз, когда я слышал что-то о боулдеринге.

Вы, парни, употребляли что-то во время лазания?

Вначале мы немного курили и иногда пили пиво. Вечеринки были важной частью нашей жизни. Но большую часть времени мы были трезвыми и сконцентрированными на скалах. Мы развлекались немного после того, как снимали скальники. Это же были 70-е, вы знаете.

Ты когда-нибудь достанешь скальники, чтобы вновь полазить?

Церебральные нервы в обоих моих ногах мертвы. Утром мне сложно встать с постели и спуститься по лестнице. Вождение машины — то ещё занятие, когда не знаешь, где находиться педаль. Я не чувствую ног. У меня появилось около 70 швов на ногах за последние годы от трёх разных порезов, которые я даже не почувствовал. Они даже зашивали меня без новокаина. Я могу вставить дрель в ногу, и ничего не почувствовую. У меня часто бывают фантомные боли. Я чувствую боль, хотя чувствительные нервы в моих ногах мертвы. Вернуться на скалы для меня будет безумием. И мне будет сложно справиться с этим. Мой мозг будет думать, что я могу, но тело знает, что — нет.

Ты поддерживаешь связь с Джоном Гиллом?

Он заходил ко мне несколько лет назад, когда приезжал в город на математический семинар. Но мы не очень-то поддерживаем связь.

Расскажи, как ты познакомился с Джоном Гиллом?

Помню, как я выходил из машины во время первой поездки в Пуэбло. Боб Уильямс выскочил из машины и сделал фронт на кольцах, которые висели перед домом Гилла. Они считали, что очень высокий человек не сможет так сделать. На что я ответил: “Посмотрим”. Я должен был научиться делать фронт. Я слышал о тяжёлых маршрутах, которые Гилл пролез в Нидлз.

Впервые я увидел Джона в секторе Smith Overhang на Flagstaff. Я подумал, что это именно он, и спросил его, но он не ответил! Я спросил снова, и вновь нет ответа. Я не знаю, стеснялся ли он, или просто не хотел, чтобы на него таращился какой-то парнишка. Он сильно повлиял на меня, благодаря ему я начал уважать спорт. Я научился у него динамичным движениям. Когда он начал лазить, динамичные движения были под запретом. Никто никогда не динамил! Это было против правил! Невероятно, что он лазил в Колорадо в 1960-х. Намного сложнее всего остального. И его боулдеры были лучшими. Это была классика.

Каким будет наставление от мудреца таким юнцам как я?

Номер один — делать всё в удовольствие. Не относитесь к скалолазанию слишком серьёзно, иначе станете его рабом. Я видел людей, настолько одержимых скалолазанием, что они не могли думать ни о чём другом. Ко времени, когда они выходили из машины, чтобы пойти лазить, они были уже настолько взвинчены, что не могли получать удовольствие от лазания. Я думаю, что это сдерживает многих. Думаю, что им нужно вновь научиться расслабляться и получать удовольствие от процесса.

Вы знаете, мы никогда не говорили о лазании, даже когда шли лазить! Интенсивность может снизить способности — я действительно в это верю. Мы с Джимом Майклом всегда останавливались возле озёр побросать камни в воду, когда шли болдырять.

Какого чёрта мы это делали? Просто нам это нравилось, понимаешь? Это бесило наших друзей, но это показывало способность получать удовольствие от всего. Относитесь серьёзно к своему занятию, но не позволяйте ему поглотить вас. Если однажды вы не сможете больше этим заниматься, как я, вы намного, намного больше будете скучать за временем, проведённым с друзьями, чем за куском скалы, поверьте мне. Не спешите. Больше всего я скучаю по простым маршрутам.

Автор: Andy Mann

Источник

Перевод: annamavka

Анна Шляхова
26-06-2020 14:06
Священий грааль

Розташовані на висоті 4000 метрів в Перуанських Андах скелі Inka Waqanka (в перекладі: “Там де плаче Інка”) більш ніж вражають. Здається, що дірчаста вулканічна порода спеціально створена для скелелазіння. Наразі тут близько 100 маршрутів та величезний потенціал як в складності, так і в боулдері. Складність маршрутів складністю від 5а до 8а.

Анна Шляхова
28-05-2020 15:05
Реггі назавжди

Плануючи скелелазну поїздку в Мексику, не забудьте запланувати побільше несподіванок. Емілі Руденберг як раз так і зробила, і без будь-якого плану мандрувала з одного місця до іншого.

Анна Шляхова
22-05-2020 21:05
Промова на користь страху

Вступ до книги Алекса Губера "Страх - твій кращій друг" про те, що варто шукати в своєму житті страх та йти йому назустріч.

Анна Шляхова
30-04-2020 22:04
Повний профайл: Адам Ондра

Адам Ондра, 27 років, найкращій скелелаз світу. Чешському феномену ми завдячуємо першими в світі 9b+ та 9c, що не бачили повторних проходжень. На додачу до оберемку золотих медалей Кубку Світу та титулів Чемпіону Світу і багаж з близько 200 маршрутів складністю 9а та вище, Ондра у перше ж своє відвідування Йосеміті у 2016 році проліз Dawn Wall (VI 9a). В його активі боулдер 8с+ та тред 5.14. Список можна продовжувати.